На Лисина напали паразиты

На Лисина напали паразиты

Самый обеспеченный (официально) человек Рф пробует возвратить свои средства, но судьи становятся на сторону строителя пирамид. Очерк об экономическом «чуде», которое полностью основано на халяве и имитации

Часть 1. Сделка

В перерыве в Арбитражном суде Свердловской области я познакомился с Мариной Марленовной, директором аудиторской компании с внезапным заглавием «Нарния». Я произнес: «Слушал ваше выступление, как оперную арию по-итальянски: не достаточно что сообразил, но в восторге». Марина Марленовна держала в руках картонную коробку с отчетами и оранжевыми закладками в их, упрямо не хотя расстаться с ней даже в коридоре. Она произнесла: «Угадали: я еще пою в церковном хоре. И по-итальянски тоже могу. А что вы там не сообразили? Там все просто».

Ну, раз она так гласит, потратив месяцы труда на ювелирную состыковку бухгалтерских проводок (а до того еще десятилетия на учебу и на более обыкновенные вещи в собственной профессии), мы тоже попробуем разобраться. Это нужно, как гласит номер один в русском перечне «Форбс» (интервью с ним см. в части 2), чтоб осознать, почему мы все здесь так плохо живем.

22 ноября 2007 года Владимир Лисин (НЛМК, Новолипецкий металлургический комбинат) составил соглашение с единственным собственником холдинга «Макси-групп» Николаем Максимовым из Екатеринбурга. 26 ноября, еще до подписания контракта, НМЛК выделил «Макси» стабилизационный заем на 10 миллиардов рублей.

«Макси-групп» была тогда в долгах, как в шелках, и за контрольный пакет (50% плюс одна акция) Максимов попросил десятую часть исчисленной им самим цены - 7,3 миллиардов рублей. 30 ноября он уведомил НЛМК, что из 2-ух предусмотренных контрактом вариантов расчета он выбирает «деньги вперед» (был и вариант после проведения аудита, с эмиссией новых акций в пользу покупателя). На этих критериях, рассматривавших 7,3 миллиардов рублей как аванс, контракт был подписан 4 декабря, а средства перечислены 10 января 2008 года.

По договору НЛМК обещал не поменять менеджмент «Макси-групп» до общего собрания акционеров, назначенного на февраль. За этот период времени Максимов должен было уточнить, что представляют собой юридические лица, подразумевавшиеся в «Макси-групп», и снова рассортировать их (числом 76) зависимо от того, попадают ли они в так именуемый периметр сделки. Не считая 3-х более либо наименее понятных заводов в Свердловской области в периметр, как в кучу, были свалены разбросанные в регионах площадки для сбора металлолома, а многие ЗАО с не достаточно что говорящими наименованиями подразумевали под собой только проекты заводов в некий стадии готовности.

Спешил, фактически, Максимов: банки, в каких он набрал неосуществимое количество кредитов, в конце 2007 года стали добиваться срочного возврата, 16 тыщ трудяг остались без заработной платы и грозили стачками. Другими словами было надо поначалу гасить пожар, а позже разбираться. Получив контрольный пакет, Лисин не боялся, что контрагент пропадет с переведенными ему 7,3 миллиардов: контракт предугадывал, что стороны, заинтригованные в развитии общего бизнеса, дадут «Макси-групп» еще по 7,3 миллиардов кредитов, другими словами Максимов был должен здесь же вложить такую же сумму назад в качестве инвестиций.

Спустя три с половиной года Марина Марленовна из «Нарнии» («не именуйте в газете мою фамилию, пожалуйста») терпеливо разъясняла арбитре, что происходило в декабре 2007 и в январе 2008 года в «Макси-групп» по сути. Нужно сказать, что арбитражные судьи принимают решения почаще по каждому договору раздельно, не складывая их в сложные цепочки, и по бумагам, а живой человек здесь диковинка. Вокруг этой истории было к тому времени уже 10-ки судебных решений и много шума, но никто не отдал для себя труда сложить ее от начала и до конца. Юрист НЛМК Николай Гагарин, схожий на бойца сумо, устроил целое представление, чтоб уверить арбитру пригласить Марину Марленовну, скучавшую в коридоре. Она вошла, несколько переваливаясь, с этой коробкой и начала перебирать закладки. Прыткие юристы Максимова поначалу пробовали вставлять высказывания, но всегда не попадали, и позже уж только слушали, склоняясь над схемами, как и арбитр. «Как, и тут числа сходятся?!» «Сходятся», - отрадно подтверждала «Нарния».

Итак, вот некие облегченные результаты аудита, никак не лежащие на поверхности. 10 января 2008-го НЛМК перечислил на счет Максимова 7,3 миллиардов рублей, 14 января тот выслал 7,3 миллиардов рублей ОАО «Макси-групп», а «Макси» уже через два денька - 16-го - перечислила 7,3 миллиард
ов рублей ОАО «Металлургический холдинг» (это пока снутри периметра сделки). В тот же денек «холдинг» перечислил 7 миллиардов рублей некоторой Оксане Озорниной в качестве первого транша оплаты за толики в ООО «УК УЗПС». На последующий денек Озорнина выдала кредит 6,7 миллиардов рублей ОАО «Металлургический холдинг», а «холдинг» выслал 6,5 миллиардов займа ОАО «НСММЗ» (это Нижне-Сергинский метизно-металлургический завод, одно из 3-х реально работавших компаний Максимова). НСММЗ через три денька возвратил 6,3 миллиардов рублей «Макси-групп», из их за один денек - 24-го - «Макси» 3 миллиардов рублей перечислила Максимову в оплату за акции еще 1-го неизвестного ЗАО, 2,6 миллиардов рублей возвратились НСММЗ, завод перечислил их опять в «Металлургический холдинг», а тот - Озорниной в качестве второго транша за толики в «УК УЗПС».

Оксана Озорнина, будучи 2-ой супругой Максимова (1-ая работает в банке, через который осуществлялась часть транзакций), к тому времени уже выписала ему доверенность на управление счетами ООО «УК УЗПС». Контракт о продаже этой таинственной компании (и, соответственно, о ее выводе за периметр сделки) был подписан еще 28 ноября, через 6 дней после составления контракта и всекрете от НЛМК.

Все денежные операции в «Макси», как установила Марина Марленовна, безотносительно того, кто в какой фирме значился директором, проводила одна операционистка по имени тоже Марина. Набирала код в системе «банк - клиент», вводила электрическую подпись - фрр! - и валютный ураган уже пропархал, но следы его увидит не всякий. Это так именуемые циклические операции: средства по кругу ворачиваются в одно и то же место в течение очень недлинного времени. В этом нет производственного смысла, но всегда есть некий другой смысл. В этом случае по ходу проводок менеджмент «Макси» успел получить миллионные премии за проваленный им 2007 год, займы снутри группы сходу обросли страшенными процентами, а структуры - новыми долгами. Наша Марина Марленовна по каким-то одной ей ведомым признакам убеждена, что та Марина (операционистка) - честнейшая дама, чужой копейки никогда не возьмет.

Все было готово к банкротству, после «циклических операций» долг «Макси-групп» перед Максимовым и Озорниной даже перевесил долг перед НЛМК. И конкретно они достигнули бы в суде предназначения в «Макси» подходящего им арбитражного управляющего. 31 января Максимов направил НМЛК требование о возврате ему вроде бы вложенных в группу 7,3 миллиардов рублей. Это был «шах», но Лисин ушел от «мата», срочно вылетев на встречу с губернатором Свердловской области.

Я спросил у Владимира Лисина, как длительно ему пришлось разъяснять то же самое Эдуарду Росселю. Лисин припомнил, что 4 февраля 2008 года на это ушел час. Тому же необходимы были не детали, а общая картина, показывающая, что Максимов всегда лжет. При избиении Максимова на правительстве области Лисин находиться не возжелал. А может, не возжелал сам стать перед уральскими мужчинами, всегда будто бы таящими усмешку, человеком частично доверчивым.

Когда прокурор (а на совещание были приглашены руководители всех силовых структур) указал Максимову, что реальная цена этого «УК УЗПС» в 7 тыщ раз меньше средств, перечисленных Озорниной, обладатель заводов дрогнул и обещал все возвратить. Он также поклялся, что собрание акционеров «Макси-групп» пройдет, как назначено, в конце февраля. Средства он возвратит не стопроцентно и для себя на счет (где их все таки можно будет отыскать), а собрание акционеров, предупредив о нем НЛМК только за день, они попробуют провести не в конце февраля, а посреди. Если б НЛМК не выписал своим представителям доверенности «на право голосовать по всем вопросам отрицательно», то всем проводкам честнейшей операционистки Марины в обход мажоритарного акционера был бы придан вид законности.

Потом аудит показал, что НЛМК переплатил Максимову за акции 5,6 миллиардов рублей. Долги перед банками НЛМК выкупил также на сумму, существенно огромную, чем было обозначено в договоре. А так как 10 миллиардов рублей займа не были возвращены, заложенные под него фабрики были сравнимо дешево выкуплены им на аукционе. Бессчетные суды НЛМК поначалу проигрывал в Екатеринбурге, позже выигрывал за его пределами, а с 2010-го стал выигрывать и в Екатеринбурге. Но в марте 2011-го Интернациональный коммерческий арбитражный трибунал (МКАС) при Торгово-промышленной палате вынес внезапное решение, по которому НЛМК должен заплатить Максимову еще 7,3 миллиардов рублей.

Часть 2. Владимир Лисин: интервью<
br/>
- Владимир Сергеевич, можно спросить: сколько средств вы издержали за три года судов с Максимовым?

- Но это очень принципный вопрос. Смотрите, вот акция НЛМК, ее можно реализовать по курсу английской биржи. Акции «Макси» всегда были просто резаной бумагой, это «кукла». И пока эти совсем различные вещи будут называться одним и этим же словом «акция», пока это будет так оцениваться в суде и в государстве, экономика не заработает. Средства будут извлекаться еще на стадии «проектов», реализовывать их по-настоящему и что-либо создавать не надо. Необходимо только выстроить схему вывода средств в свой кармашек. Максимов всю жизнь этим и занимался. И конкретно это исполнил в отношении НЛМК.

- Вы желаете сказать, что он вас околпачил?

- Мы не играем в «верю - не верю». Я был уверен, что соглашение составлено очень тщательно и Максимов будет по нему отвечать. Он нарушил контракт и, в конце концов, отказался его делать.

- Но МКАС практически подтвердил его позицию.

- Кто же задумывался, что МКАС (куда я сейчас никому не посоветую обращаться) прямо за Максимовым откажется прочесть Соглашение? Там, к примеру, написано, что Максимов был должен до акционерного собрания представить полный список юридических лиц, которые входили в периметр сделки. Мы его так и не узрели, даже в МКАС. Список задолженностей он также не представил. Максимов заявил, что приложения к договору, в каких перечислялись его же заверения и гарантии, он не подписывал. И МКАС это проглотил. Тогда о каком договоре речь? МКАС просто узаконил «максимовщину».

- Может быть, 1-ые суды в Свердловской области, а за ними и МКАС (там в коллегии тоже оказались свердловчане) исходили из какого-то общего чувства справедливости? Приобретение НЛМК тех компаний «Макси-групп», которые были заложены под стабилизационный кредит, смотрится как недружественное поглощение, об этом много молвят.

- Во-1-х, эти предприятия уже были в составе «Макси-групп», и мы заплатили за их. Во-2-х, никто не пришел поторговаться, хотя Максимов мог это сделать. В конце концов, НЛМК как общественная компания не мог поступить по другому, мы не смогли бы отчитаться ни перед банками, которые согласились реструктурировать долги «Макси-групп», ни перед акционерами: и кредит не возвращен, и залог не реализован.

- МКАС не согласился с тем, как аудит (Price Waterhouse Coopers) посчитал дебиторскую задолженность «Макси-групп». Она была отнесена не в актив, а в пассив, что по правде смотрится особенно.

- Там долги одних липовых юридических лиц. Они и создавались ради вывода средств из компании. Это следует из заключения аудиторов. Посреди семидесяти 6 вроде бы компаний, заявленных Максимовым, 70 - просто «рога и копыта». В Калуге был хоть некий проект завода, но по соседству оказался аэродром, мы издержали кучу средств и сил на согласования. На месте вроде бы завода в Воронеже оказалось картофельное поле. Но не просто поле, там был закопан и уже потрачен целый кредит. Это - пирамида.

- Странноватая пара: вы все таки бесспорный металлург, два раза доктор наук, в том числе экономических, а с другой стороны - персонаж, более всего увлеченный мыслями целебного голодания. Как вы оказались за одним столом? Было ли при покупке «Макси-групп» какое-то политическое давление?

- По поводу голодания: я бы не желал уходить в смешной рассказ. Про «политическое давление»: если вы имеете в виду Эдуарда Росселя, то да, он меня об этом просил. Никому не необходимы были стачки. Мы сходу начали платить заработную плату, профсоюз переориентировался на нас, понимая, что разговор с Максимовым бесполезен, он не отвечает за свои слова. А Россель просил спасти «Макси-групп», он же и попробовал поставить Максимова на место.

- Создавать средства из ничего - это на данный момент общемировое явление?

- Это и в мировой практике случается, но у нас довольно нередкое явление. Для этого в Рф есть два условия. Во-1-х, много средств, во всяком случае, так было перед кризисом, когда Максимов набирал кредиты. Менеджмент в банке ведь ни за что не отвечает. Это и есть во-2-х. Чем больше кредитов, тем больше премий, как они будут ворачиваться - это никого не заботит. Кстати, и возвращать, как выяснилось, необязательно. Долги возвращают только трусы и дурачины? Ни для кого не тайна, что и бюрократы (а они таковой же менеджмент, только экономных средств) не отвечают за расходы. Вот это и есть главное экономическое грех. Мы должны сделать прецедент ответственности менеджмента перед собственниками, акционерами компаний. Менеджмент «Мак

6 Responses to “На Лисина напали паразиты”

  1. Pvski 30.11.-0001 at 12:00 дп #

    Зажрались!

  2. Bariko 30.11.-0001 at 12:00 дп #

    Конечно не знаю всего — но больше верю Лисину!

  3. Zilonov 30.11.-0001 at 12:00 дп #

    а нам все равно

  4. Dihurdeva 30.11.-0001 at 12:00 дп #

    Я не сообразила, на каком месте следует зарыдать:)

  5. Baronka 30.11.-0001 at 12:00 дп #

    !!!!!! super!

  6. Dovski 30.11.-0001 at 12:00 дп #

    Эту статью нужно записать в ежедневник и перечитывая получать кайф,с каждым разом все в большей и большей степени.Браво Киса(Максимов),вот что означает ШКОЛА.Швырануть самого Лисина.Скоро и на Абрамовича и др.найдутся новые Максимовы.Народу все равно этих средств не видать,зато одно то,что тех кто швыранул целую страну,могут швырять люди гораздо меньше,что-то точно кайфовое есть.